Плутон, космические червоточины... Как я скучаю по всему этому!

Челнок рванул вперед как подстегнутый. Львов подняла взгляд от информационной панели и вздрогнула. Червоточину под прозрачным днищем челнока затопили полотнища голубовато-белого света, которые неслись навстречу и исчезали позади, вызывая у Львов ощущение чудовищной, неконтролируемой скорости.



Интересно, это уже перевели?


- У нас проблемы, - сказала пилот Коб. Она перегнулась через свою информационную панель, нахмурившись, так что на ее худощавом лице образовались складки.

До этого Львов вслушивалась в синтезированное бормотание информпанели, сообщающее о разбросе температур в различных слоях азотной атмосферы; теперь же она побарабанила по панели пальцами, чтобы отключить ее.

Челнок представлял собой прозрачную трубу, предательски теплую и комфортную. И - невероятно хрупкую. «Это у астронавтов в космосе бывают проблемы, - подумала она. - Но не у меня. Я не герой, я всего лишь исследователь». Львов было двадцать восемь, она не собиралась умирать – во всяком случае не во время заурядного четырехчасового прыжка через червоточину Пула, используемую человеком уже восемьдесят лет.

...

Львов ступила на поверхность Плутона.

У костюма была хорошая изоляция, и все же он пропускал достаточно тепла, чтобы вокруг ее ступней с шипением поднялись азотные облачка, и там, где она шла, вытаивали кратеры во льду. Гравитация здесь составляла всего несколько процентов от «же», и Львов, родившаяся на Земле, чувствовала, что может улететь...


Откуда это?

Г. Дж. Уэллс. Первые люди на Плутоне
0(0.0%)
С. Бакстер. Паутина
2(100.0%)
Ж. Верн. Полёт с Плутона на Харон
0(0.0%)